Мне часто вспоминается эта трогательная, чистая православная обитель с более чем 500 – летней историей. Монастырь очаровывает с первой встречи. Мы попали сюда по дороге на Онегу: дождливой ночью в полной темноте поставили палатки рядом с монастырским озером. А утром поразились открывшейся чудесной картине, и пошли в обитель. Сейчас там музейный центр.
В 1397 году монахи Кирилл и Ферапонт на берегу Сиверского озера основали Кирилло-Белозерский монастырь. Через год в 20 верстах от него Преподобный Ферапонт основал свою обитель. Здесь молились многие известные русские люди. В монастырь приезжал царь Василий III со своей женой Еленой Глинской: просить Господа о даровании им наследника. А позже их сын, Иван Грозный, вносил немалые суммы денег на развитие обители. Отсюда вышли известные деятели русской церкви. Здесь содержали Никона в годы его опалы.
Ансамбль Ферапонтова монастыря расположен в 120 километрах к северо-западу от города Вологды. Обитель находится между двух озер - Бородаевского и Паского, которые соединяются речкой Паска. С 2000 года Ферапонтов монастырь включен в список объектов Всемирного наследия Юнеско. Не удивительно: фрески Дионисия не оставляют равнодушными никого – просто поднимают вверх, к Богу на крыльях веры. Собор Рождества Богоматери был построен в 1490 году и всего за 34 дня Дионисий с сыновьями расписали стены собора фресками. Это старейшие уцелевшие фрески древней Руси, поражающие высшей гармонией и мягкими цветами росписи.
Летнее солнце такое яркое - будто освещает весь мир, будто нигде на свете не идут дожди. По такой погоде радостно полюбоваться на далёкие заморские страны, услышать интересный рассказ про античные памятники. Мой большой друг Ира Горшкова на исходе прошлого лета совершила стремительный бросок в Грецию, на легендарный остров Родос. Ну, развалин местного чуда света, того самого Колосса Родосского, они с Таней там не обнаружили. Но накупались, накатались на велосипедах и осликах - вволю! Из их радостных впечатлений, да ещё родосских съёмок, позаимствованных мною из одного замечательного фильма об островах Додеканеса, и составилась эта поучительная видеокомпиляция.
Расцвет нынешнего триколорного демократического пиара пробуждает воспоминания о «красном» социалистическом пиаре тридцатилетней давности. Надо сказать, и романтизму тогда больше было, и анекдотические казусы чаще случались. Ну, нет у демократов той экспрессии! Да и юность счастлива по определению, именно её мы вспоминаем с умилением. В свете нынешних вымученных и скушных демократических выборов на память приходят радостно пьяные, лихие советские выборы и демонстрации. Мы все были равны и ходили на демонстрации. Богатых не было, только бедные и счастливые, граждане страны развитого социализма. В массе своей мы бедными и остались. Но появились богатые, и нет демонстраций. А подрастающее поколение смотрит на ностальгирующих, будто Главный Буржуин на Мальчиша Кибальчиша, знающего военную тайну, и тихо завидует. Так давайте распахнем кладовые памяти!
Дайте людям счастье, счастье на века! У Советской власти сила велика!
Ирина Муравьёва «Коричневая пуговка»
Страна готовилась к праздникам загодя. В институтах, конструкторских бюро, заводах, словом, повсеместно сдавали в первый отдел печатные машинки, предварительно сняв индивидуальные оттиски с каждой. Это на тот случай, если враги все-таки доберутся до печатной аппаратуры и наберут свои поганые листовки, их всегда можно было найти и обезвредить вместе с пособниками. Из динамиков звучали речёвки и гимны самому гуманному в мире государству рабочих и крестьян. Вспоминались милые сердцу советского человека революционные архетипы: усы Буденного, сгоревший в паровозной топке Лазо, упавший в голодный обморок нарком продовольствия Цурюпа и повсеместная любовь к детям всего большевистского руководства. ВУЗы готовили списки участников демонстрации: нижегородских студентов в них заносили всех до одного, общаговских домой на побывку отпускали со скрипом, при наличии уважительной причины. На предприятиях составлялись те же списки. Особо помечалось, кто несет флаг, кто – транспорант. За флаг платили червонец, за транспорант – пятнадцать рублей. Каждому – по труду. Правда, отдельные организации пытались отделаться бутылкой водки и за флаг, и за транспорант. В кануны дописывались доклады, строились трибуны, украшались головные машины манифестации и, обязательно, политически сознательные комсомолки скручивали к демонстрации несусветное количество бумажных гвоздик, цветов Революции.
И «Яблочко» песню держали в зубах…
И Ленин такой молодой,
И юный Октябрь впереди!
Пить начинали рано, еще до выстраивания колонн на местах, пока разбирали флаги и транспоранты. Зато как потом пелось, какое товарищеское единение и революционный пафос клокотали в груди! Колонны демонстрантов плавно текли, то убыстряясь, то замедляясь, по всему городу, конкурируя по мощи и разветвленности с Водоканалом. Особенности строения лиц лихой четверки классиков: Маркс, Энгельс, Ленин и Брежнев мы знали куда лучше, чем внешность родственников, включая самых близких. В мае демонстрации были комфортнее, но зато в ноябре народ привычно преодолевал невзгоды, испытывая сладостное единение с борцами легендарных эпох революции, гражданской войны и первых пятилеток. Помогал преодолевать эти невзгоды, конечно же, верный союзник алкоголь. Пили и жители Маяковки, Сормовского шоссе, всех улиц, на которых подолгу отстаивались колонны перед тем, как пробиться к трибунам на площади Ленина. Дворам этих улиц на целый день была уготовлена участь общественных туалетов. Алкоголь сглаживал жителям дискомфорт постоянного присутствия на празднике человеческой физиологии.
Орлята учатся летать!
Ведь жизнь не зря зовут борьбой,
И рано нам трубить отбой…
Театр у Никитских ворот «Всё кирпичики»
Будет абсолютно неправильным считать, что с выходом на финишную прямую к трибунам площади Ленина все тяготы заканчивались. Для многих они только начинались! Необходимо было блеснуть перед вышестоящим руководством, томными жителями трибун и кабинетов. У каждой организации было свое праздничное поручение, которое чаще всего исполняли комсомольцы, активная смена ленинской партии нового типа. Один из крупных заводов города, по жизни, ежегодно на 7-е ноября запускал в небо классиков марксизма-ленинизма. В автобусе, на задворках площади, наполнялись гелием три метеорологических зонда. К ним привязывали Маркса, Энгельса и Ленина, выносили зонды с портретами к трибунам. При прохождении заводской колонны мимо трибун, когда секретарь обкома кричал в микрофон здравицы в адрес этого конкретного предприятия, классики очень эффектно взмывали в небо. Но не всегда. На площади порой был сильный ветер. И вот, однажды, большевистская игра в воздушные шарики чуть не закончилась полным провалом. Зонды с незабвенными плавно поднимались в небо. Вдруг налетел порыв ветра. Классики легли на крыло и, как на бомбежку Берлина, прямехонько пошли на трибуны. Там насторожились. Секретарь заводской комсомолии побледнел, протрезвел и мысленно попрощался с удачно складывавшейся карьерой. Но…ветер успокоился, и на трибунах облегченно вздохнули. Хотя, на следующий год портреты уже запускали подальше от трибун.
Справа – кудри токаря,
Слева – кузнеца!
На другой год случился другой казус. На праздничной машине завода должны были стоять три человека, олицетворяя счастливую советскую семью, радостно продвигающуюся вместе с машиной в светлое будущее, то есть к трибунам. Но каким же идиотам хочется стоять высоко на ветру с такой неблаговидной ролью! Все возможные кандидаты отнекивались, ссылаясь на понос, геморрой и недостаточную политическую сознательность. Партком, было, рукой махнул на эту затею. Но секретарь комитета комсомола в молодежном рвении рыл землю. Как он уговорил ту троицу, какими посулами обольстил, не знаю. Но когда молодая семья прямо перед трибунами вылезла на машину, по колоннам прокатился болезненный вздох. Мать семейства удалась, рослая, атлетичная, на три головы выше мужа и раза в два старше. Мелкий суетливый отец, не познавший прикосновения бритвы к лицу, померк в сиянии жены и сына. Не знаю, когда чета зачинала первенца, но был он ненамного младше отца, хотя гораздо эффектнее. Квадратная голова без признаков лба, с густыми бакенбардами и остановившимся взором, приковывала внимание вместе с большим животом. Руководство завода вращало глазами, махало руками, мол, быстро слазьте, сластолюбцы, но было поздно. С трибуны уже удивленно оценили, какие браки заключаются на заводских небесах. В тот год число брачующихся на заводе заметно снизилось, а комсомольский секретарь получил выговор.
- Мама, скоро ляжет Ленин?- спрашивает дочь.
Театр у Никитских ворот «Простой советский парень»
Ленин ложился сразу же после прохождения демонстрантами трибун. Его портреты, флаги и транспоранты сгружались в автомобили за площадью, тут же выплачивались червонцы и пятнашки. Следовали мытарства демонстрантов: пока не проходили последние колонны с площади нельзя было уехать. Человеческое море долго билось в граница, очерченных поставленными вплотную друг к другу автобусами и милиционерами. Революционный угар улетучивался вместе с алкоголем. Везунчиками были те, кто жил неподалеку. Обычно к ним и отправлялись догуливать, уже в тепле и без политической подоплеки. Так, что «новые песни придумала жизнь, не надо, ребята, о песне тужить». Нет, что ни говорите, больше было романтизму при социализме, куда больше! И как воспоминание о былом романтизме - представляю шутливый клип своей песни о пионерском детстве. А ведь всё это было...было...было...
Город Дзержинск традиционно отмечает свой день рождения на границе весны и лета, вместе с профессиональным праздником большинства горожан - Днём химика. И это вдохновенное время года его заметно облагораживает. Если не сворачивать с главных улиц и площадей, не углубляться далеко в парк, то можно не заметить общей замусоренности и неустроенности. Каюсь, никогда не любил Дзержинск, да и как можно любить город с таким названием?! Но в этом году традиционный праздник мне даже понравился. То ли очарование мая на множестве красивых и чистых детских лиц сыграло свою роль, то ли пьяных с гортанными матерными возгласами было меньше, чем обычно...но мой сюжет, независимо от меня, получился добрым и лиричным. Не подходите к нему строго - типичный репортаж, снятый и собранный на бегу, и быстро опубликованный. Зато - какие глаза у ребят! И конкурс детских колясок, и песни Александра Суханова, и солнце, и весна...
День Победы в грядущие годы и десятилетия будет главным праздником нашей страны. Память об этой войне живёт в нас уже генетически, настолько сильно вошла она в сознание народа. И сердце невольно замирает, когда видишь на кадрах кинохроники колонны солдат, уходящих на фронт с площади Минина, от стен нашего, нижегородского кремля. Оба моих деда воевали и, слава Богу, остались живы. Их давно нет, но 9 мая семья обязательно вспоминает своих фронтовиков. Так же, как миллионы семей во всех странах бывшего Советского Союза. И мы помним, что именно эта страна, а никакая другая, стала главным победителем в той страшной войне. Можно попытаться переписать историю, но невозможно переписать память народа. В клипе звучит моё стихотворение "Лето сорокового", написанное много лет назад. В художественно - документальном сериале "Город военного детства", снятого по моему сценарию, я спел его как песню. Но, в поэтическом варианте "Лето сорокового" мне кажется более органичным.
Кто бы мог подумать четверть века назад, что про день рождения Ленина я буду вспоминать только в связи с открытием навигации на Волге! Тогда судоходство по родной реке торжественно начиналось именно 22 апреля, в день рождения вождя. И стартовала бесконечная дискотека с двумя номерами программы: «Прощание славянки» и «Как провожают пароходы». Детство и юность мои прошли в радиусном доме аккурат над Речным вокзалом, так что на слышимость жаловаться не приходилось. Обе мелодии к закрытию навигации я просто ненавидел после многократного ежедневного прослушивания. Но вдали от дома - тосковал! Да и вид из его окон искупал все музыкальные неудобства. Когда был студентом кораблестроительного факультета – общее судостроение изучал, просто покуривая на балконе. Надо заметить, что судоходство на Волге тогда было не в пример нынешнему, раз в десять интенсивней. На Ильича (или в просторечии – Лукича) наплевать, а вот волжской корабельной суеты – жалко! Но ощущение праздника с открытием навигации в душе осталось.
Родной город освобождается от снега - будто человек опускает меховой ворот зимнего полушубка, снимает тёплую шапку, распахивает тяжелый шарф. И предстаёт перед нами благородное лицо мудрого жизнелюба. Все милые черточки времени его нисколько не старят, а только добавляют шарма и загадки. Мы угадываем по ним наше притягательное прошлое, ищем ответы на непростые вопросы сумбурного настоящего. Разглядывая старые фотографии родного города, словно плывёшь по небесной Волге времён и всматриваешься в многочисленные отражения своего города. А в его улицах и храмах прихотливо отыскиваешь свои заповедные места любования, силы, молитвы и личной истории. Это доверительное шептание с Нижним особенно хорошо сейчас, накануне Пасхи. Город затих в ожидании главного праздника, как затихает уже долгие века – его взгляд чист, его шепот доверителен и спокоен. С Пасхой вас, нижегородцы, со светлым Воскресением Христовым!
Снега не было, и нет! Город пахнет старой краской, Моют окна, мир обласкан, Бог добрее, ярче свет.
В слайд – шоу использованы фотографии нижегородских фотосайтов
Этому семейному фильму уже два года. Но мы все его очень любим, как любим и замечательный нижегородский зоопарк «Лимпопо». О, как бурно там кипит жизнь! Прямо как в известном анекдоте, только со знаком «наоборот»: Муж приходит домой пьяный и за полночь. Жена грозно спрашивает: - И где ты был, где нажрался? - На кладбище… - Что, кто-то умер!? - Ты не представляешь! Там – все умерли…
Так вот, в «Лимпопо» - наоборот, все очень замечательно живы! И животные, и гости, то есть мы с вами. Жизненная сила живой природы завораживает всех: детей, взрослых, служащих «Лимпопо». Перед нами распахнулся такой удивительный мир, что я сразу схватился за камеру, и отняли её мои домашние спустя долгое время, с трудом уводя папу из зоопарка. Такая предыстория нашего фильма «Про морды и лица, хвосты и колени…» К нему я написал несколько песен. Одной из них, как эпиграфом, я хотел бы предварить предлагаемую вашему вниманию часть любимого фильма:
«На Страстной неделе»
А «Лимпопо» год от года становится всё прекрасней, благоустроеннее. От этого хорошеет не только внутренняя фауна зоопарка, но и живой мир за его оградой. Включая нас с вами!
Живо подводное плавание, жив ДОСААФ! Такие радостные мысли одолевали меня, когда я 19 февраля снимал традиционные юношеские соревнования по скоростному плаванию в ластах на призы областного Нижегородского ДОСААФ. Все были какие – то особенно счастливые: и тренеры, и судьи, и сами юные подводники. Соревнования получились солнечные, весёлые. Я встретил многих знакомых из своих молодых лет – вот и сына своего тренера по скоростному плаванию в ластах Виталия Витальевича Решетняка – Дениса. А внук любимого тренера участвовал в соревнованиях! Все были радостными оттого, что множатся наши ряды – подводное плавание в Нижегородской области продолжает развиваться. Вписаны новые даты в его новейшую историю. На эти соревнования приехали начинающие подводники из Володарска. Там построили новый физкультурно - оздоровительный комплекс и открылась секция скоростного плавания в ластах. Плюс один! И ото всех этих маленьких радостей, пока снимал, звучала во мне неумолчно одна светлая песня из юности. Потому фильм получился лиричным и музыкальным, без долгих комментариев, но с улыбкой. Любовь моя, подводное плавание!
И это не удивительно! Объединороссанное парламентское большинство с восторгом и любованием следит за долговременным развитием прочных, надёжных отношений двух самых гламурных российских персонажей. Тут тебе и пылкие чувства, и преемственность власти. И общественность начинает привыкать к такой «продвинутости» политической элиты. Продолжительность подобных отношений убеждает нас, что стереотипы отвергаются бесповоротно, и в будущем закоулки коридоров власти смогут нас порадовать ещё и не такими альянсами! Мы уже почти смирились с однополым кровосмесительным браком братьев Фурсенко. Судя по всему, они там, на верху, ещё долго будут кувыркаться. Невзирая на ропот недовольства некоторых архаичных образовательных и футбольных структур. Но можно уверенно констатировать – прорыв начался! Честно говоря, он начался у нас давно. Ещё при Леониде Ильиче. Помните, эти тягучие и страстные поцелуи взасос! А как подолгу они любили друг друга, и все вместе там, в Политбюро! Да, нынешним ещё далеко до того прошлого постоянства. Только спрашивается: чего же они там столько времени перестраивали? Процесс развивается поступательно уже много десятилетий. Радуйся, народ, они идут! Об этом наш маршевый клип.
Город – живое существо, которое впитывает память поколений. Он возвышается на берегу реки времени, вглядываясь в её стремительный поток. Я думал об этом, снимая информационный ролик о строительстве жилого комплекса «Подкова» на улице Бориса Панина. С недавно возведённой 17-этажки открылся изумительный вид на родной город. Улица Ванеева вылетает на мост через речку Кову, возле него серебрится самолёт на постаменте…Раскинь руки – и лови ветер времени! Кова в длину – всего одиннадцать километров, но эта речка «обладает нетипично высокой способностью к самоочищению». Такой вывод делает «Википедия». Название речки финно - угорское, от корней «ке» - камень и «ва» - вода. Хорошая аура – место оберегает свою память и живущих здесь людей. Память…память…вот мы – в последних десятилетиях 19-го века…кругом овраги, холмы, поля. Здесь самый край городской выгонной земли. За Ковой лепятся к склону деревянные избы новой деревни, которую недавно основали крестьяне – переселенцы из Дальнеконстантиновского района. Они, не мудрствуя лукаво, новое место назвали именем родной покинутой деревни – Лапшихой. А из-за спины, от Острожной площади, к нам всё ближе вытягивается улица быстро растущего Нижнего Новгорода.
Она часто меняет название: 8-я линия, Оперная, Вологодская, Эстонская…к 40-м годам двадцатого века дотянулась до Лапшихи под именем улицы Ванеева – и объединила бывшую деревню с городом! В это время нижегородец Борис Панин уже заканчивал Энгельсскую военную авиационную школу лётчиков. К августу 1943 года он совершит 57 боевых вылетов на бомбардировщике Пе-2, за боевые подвиги удостоится звания Героя Советского Союза и погибнет при освобождении Белгорода. А мы уже в настоящем времени, на улице имени героического лётчика Бориса Панина. Справа, у берега Ковы, зарождается будущая история Нижнего Новгорода - начинается строительство международного Центра художественной гимнастики. Через несколько лет здесь будет спортивная арена на 4 тысячи мест, тренировочные залы с медико-восстановительным центром, новейшим световым и звуковым оборудованием, здесь будут проводиться чемпионаты мира по художественной гимнастике.
Память нашего города – это многовековая история, нынешний расцвет и устремлённость в будущее. Будто здесь, на высоте, я проникаю в душу родного города, а он – всматривается в меня. А мой ролик - о том, как вершится сегодняшняя история Нижнего Новгорода.
Расставание с уходящим годом, будто искрящимся снегом, осыпано светлой грустью. Многого не успели сделать, или не так сделали…а всё хорошее и прекрасное, что было в этом году – словно выскользает из рук, и растворяется в бесшабашной новогодней метели. Так хочется удержать лучшее из минувшего, погрузить на родную «двойку» и возить с собой, наворачивая круги по городскому трамвайному кольцу всю новогоднюю ночь. Везти, вспоминать, заново просматривать и переживать этот прекрасный год. Об этом мой песенный клип – новогодний подарок всем вам, мои родные и любимые. Пусть уйдут печали минувшего года, а с вами останется вся его красота!
Торговому Центру «Гелиос» в Нижнем исполняется двадцать лет. Я больше пятнадцати лет сотрудничаю с фирмой и дружу с её учредителями. В юбилейном фильме мне хотелось напомнить - какими были эти четверть века! По ходу производства фильма мне пришлось решать немало технических проблем. Начиная с оцифровки видеоархива «Гелиоса», записанного на VHS – кассетах, которые уже начали «уходить». Время – удивительная материя, когда я собрал сцены фильма воедино, то увидел просто эпическое полотно. Оно разворачивалось на примере двух обычных инженеров, занявшихся предпринимательством, и вырастало в нашу общую историю.
